MagShop/Фанатская литература

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » MagShop/Фанатская литература » Европа и остальной мир » Jestem kibolem (Польша)


Jestem kibolem (Польша)

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Рецензия на книгу Jestem kibolem от юзера ЖЖ dziki_kaban

Только недавно дочитал эту книгу. Сразу можно сказать, что произведение получилось просто на все 100%. Пока что это единственная вещь такого масштаба, которая бы полностью отражала реалии современного околофутбола в Восточной Европе. В книге досконально раскрыты все моменты жизни обычного современного фаната, притом переданы они без всякого преувеличения или замалчивания некоторых моментов. Настоящая атмосфера небольшого провинциального города и клуба, который не особо дает повод радоваться успехам на поляне.

Но больше всего меня поразил тот факт, что в конце книги автор пришел ровно к той же мысли, которая некоторое время назад родилась и в моей голове. Главный герой произведения поднимает вопрос дальнейшего развития околофутбола и пути, по которому он может пойти уже в самое ближайшее время - коммерция и зашибание денег, новый вид шоу для благодарных зрителей. Короче говоря, всем дико рекомендую. А фанатам просто обязательно к прочтению :)

2

Источник тут

Читаю и фрагментарно перевожу на коленке польский бестселлер фаната Стилона Гожув о "жычю кибицовским". Атмосфера польского фанатизма, как стиля жизни, небезынтересные размышления об окружающей действительности, густо сдобренные сарказмом, местами излишне натуралистичные описания. Небольшой сексистский отрывок под вывеской - "почему девушки не понимают увлечений мужчин")).

"– А где Матка? – спросил я.
– На противоположной стороне – ответил Кочур.
– Чтооо? – спрашиваю удивленно.
– Посмотри – Кочур кивнул головой в сторону противоположной трибуны.
– Где? – сканирую взглядом трибуну.
– Там – Кочур показал пальцем.
– И что он там делает?
– Ест семечки.
– Но почему он не с нами на секторе?
– Догадайся.
– Девушка?
– Браво!
– Я этого не понимаю. А какое дело девушке к его увлечению?
– Она расстроилась после последней стрелы с Медью, когда вернулся с разбитым лицом и после последнего выезда в Ченстохова из-за того, что его не было целый день. И вообще расстроена тем, что проводит с ней мало времени. Что постоянно одни матчи и друзья. А ведь у нее тоже есть свои потребности – пояснил мне Кочур.
– Но ведь и так сидит на стадионе.
– Да. Но пришел только на два часа, на матч. А ведь мы еще были на сборе несколько часов до матча, а после него едем на акцию, которая неизвестно сколько продлится.
– А почему не пришел на сектор?
– Потому что знает, что мы бы от него не отстали – усмехнулся Кочур.
– Это все вина Адама – объявил я.
– Какого Адама? – удивился Кочур.
– Ну, на самом деле, не знаю какая у него была фамилия. Знаю только, что трахал Еву и любил яблоки. Вкуриваешь?
– Моего соседа с третьего этажа зовут Адам и он трахает соседку Еву с цокольного. Но это скорее всего не он. Потому что не любит яблок – снова усмехнулся Кочур.
– Этот Адам немного постарше. Слушай. Давным-давно...
– ...не в прошлый ли четверг? – прервал меня ироничным вопросом Кочур.
– Немного раньше. Не перебивай. Давным-давно в раю бог понял, что Адаму скучно. Пригласил его к себе. Выпили одну бутылку. Бог переместился во времени. Купил огурцы, которые маринуют у меня на районе, вернулся. Выпили вторую бутылку и закусили. В итоге Бог заявил: «Адам, я могу создать для тебя существо, которое будет интеллигентным, умным, красивым, креативным и восхитительным. Это будет стоить тебе руки и ноги». Адам, будучи уже прилично подшофе, посмотрел на Бога, откусил огурец и спросил: «А что я получу за ребро»? Так Адам совершил историческую ошибку. Мог отдать эти ногу и руку, и даже добавить половину головы, или вообще отдать пол-тела. Но Адам решил сэкономить и дал лишь ребро. Сам понимешь, что за тысячу злотых «Феррари» не купишь. И Бог создал Адаму Еву. Вот теперь и посмотри на всех этих женщин, которые ходят по Земле. В 95% случаев они нудные, бесцветные и не имеют увлечения. И речь не идет о хобби. В увлечение вкладываются свободное время и деньги, читают о нем в газетах и книгах, просматривают интернет-форумы, обмениваются информацией и так далее.
– Гол! – прервал меня Кочур.
– Поэтому большинство девушек не в состоянии найти себе даже простейшего развлечения – я продолжал дальше, смотря на ворота Ястржембе, в которых оказался мяч. – Поход в кино или выезд на природу? Все ставят в зависимость от мужчины. Девушки прямо вешаются на мужчинах. Кроме того, у них нет любимого художника, музыканта. Они не имеют четких политических взглядов. И помимо всего этого обладают крайне небольшими общими знаниями. Назовешь столицу Албании?
– Ыыыы, Тирана.
– А могу поспорить, что 95% девушек не знает этого. Собственно проведем эксперимент. Позвоним Барбаре, невесте моего кузена. Она всегда имела средний бал – пять и ноль, и в целом считалась этакой хорошей ученицей. – Набрал на телефоне номер Барбары. Включил громкую связь. – Привет, Барбара. Знаю, что шумно, я на матче. У меня глупый вопрос. Но ты должна мне помочь. Знаешь столицу Албании?
– Громче! – послышалось из телефона.
– Назови столицу Албании!
– Что это «Миллионеры»?
– Ответь, прошу.
– К сожалению, не помогу тебе, потому что без понятия.
– В целом ты мне очень помогла. Спасибо!
– Но.... – не дал закончить Барбаре, выключив телефон.
– Ну что я говорил? – спросил риторически. – Но общие знания это еще не самый большой конфуз. Наихудшее – отсутствие увлечения. Вот, например, если бы Матка нашел себе интеллигентную, независимую девушку, имеющую увлечение, то она, наверняка, не видела бы проблемы в его походах на матчи. Если бы Матка пошел на матч, то его девушка могла бы тем временем почитать книгу, посмотреть хороший фильм, покататься на велосипеде, сходить в фитнесс-зал, или даже встретиться с подругами. Но нет, его девушка должна сидеть дома с обиженной миной и ждать мужа. И это все из-за Адама".

3

Источник тут

Понемногу продолжаю. Первая часть фрагмента с описанием стрелы с Медью Легнице.

- Кажется, у них обычный состав? – спросил я у Кочура. – Нет специально приглашенных статусных гостей. Этот в желтой майке справа неплохо выглядит. По-крайней мере издалека. Могут неплохо выступить.
- Скоро сможешь убедиться в этом – усмехнулся Кочур и закончил мотать свои белые бинты.
- Посмотри, Кобра и Горыл пошли к ним – я показал пальцем в сторону состава Меди Легница. – Надеюсь, что будем драться по 25 человек. Так договаривались. И надеюсь с ними не будет Шленска Вроцлав. Может пусть Кобра и Горыл проверят их документы¹.
- Ссать на Шленск – как всегда не ссаслся Кочур.
- Это так, но если уж я буду драться с Медью и Шленском, то хотел бы знать, что дерусь с Медью и Шленском. И хотел бы, чтобы в Польше тоже знали, что дрались мы с Медью и Шленском – пояснил я. Так повелось, что если я в чем-то участвовал, то хотел, чтобы это было в соответствии с уговором и чтобы все вели себя честно. «Жизнь не идеальна. И никогда не будет таковой. Спустись на землю» – как обычно в такие моменты услышал в голове голос моей подруги Марты.
Кобра и Горыл вернулись. Стали возле своего авто. Горыл опустил руку в багажник.
- Кто-нибудь еще хочет Туссипек?² – рыкнул Горыл и поднял вверх пакет, заполненный несколькими десятками бутылочек с сиропом от кашля.
- А соус татртар у тебя есть? – крикнул я.
( Свернуть )- Для тебя, Бельфер, найдутся тартар, желток и даже маги – засмеялся Горыл.
К Горылу подошли несколько человек. Каждый из них выпил минимум по бутылочке Туссипека. Кочур, Матка и Обяд также. Я пропустил прием лекарств и перешел к разминке. Десять махов руками вперед. Десять назад. Затем бег по кругу с чередованием. Протяжно зевнул³. Сделал скручивания корпуса. Размял ноги, запястья, локти, плечи. Бой с тенью. Левый прямой. Уход. Левый прямой, левый прямой. Уход. Уход. Левый прямой, левый прямой, правый боковой. Уход. Несколько шагов к дереву. Легкий фронт-кик. Затем несколько ударов ногой с полуоборота. Отработкой на соседнем дереве занялся Кочур.
- Все, кто бьется, ко мне! – прервал мою разминку Кобра.
- Даваай, даваай! – прогремел Горыл.
Подошел к ним. Осмотрелся. Вокруг деревья. Хруст веток под ногами. С этого места не было видно никого из состава Меди. Зато заметил небольшой муравейник. Высмотрел крупного боровика. Однако, приехал сюда не за грибами. Усмехнулся про себя, так как некоторые называют стрелы сбором грибов.
Встал напротив Кобры и Горыла. Возле меня Кочур, Матка и Обяд. Немного дальше остальной моб. Кирос, Яца, Цына, Брыла, Радке, Валец, Миха, Грубы, Дэрек, Бэны, Конь, Морда, Жески, Лужны, Вильк, Экран, Кильболь. Кроме того, было еще два человека, которые не были хулиганами Стилона, но были специально взяты на стрелу. Воджирей был охранником на одной из хожувских дискотек. Ожех занимался боксом вместе с Коброй. Периодически мы усиливались к стреле за счет людей со стороны. Многие мобы так делали. Может быть даже все. Однако, официально в фанатском мире это не приветствовалось. По определению в стрелах должны участвовать фанаты. По определению. Вместе нас было ровно 25.
- Обяд, заткнись! – рыкнул Горыл.
Обяд за полсекунды замолчал, опустил голову и стал делать вид, что поправляет перчатки для миксфайта.
- Слушайте – начал Кобра – у Меди только 24 человека в составе, так как двадцать пятый обосрался, у него открылась контузия, или что-то в этом роде. Могли бы драться 25 против 24, но будем играть по правилам. Один человек у нас участвовать не будет. Кто-нибудь не уверен в себе? – Кобра прошелся сканирующим взглядом по всему составу. Никто не отозвался. Большинство отвело глаза. Я тоже. Зевнул. В тишине прошло несколько секунд. А может быть и больше. Показалось, что просто вечность. Только бы меня не списали...
- Может кто-то после травмы – продолжил Кобра – или кому-то болит живот? А может у кого-то просто нет желания сегодня драться? Есть возможность отказаться. Никто ничего не скажет. Это может произойти с каждым.
Никто не отозвался. В этот раз тишина продолжалась несколько меньше.
- Ну хорошо! Кто младший – спросил в итоге Кобра. Все переглянулись. – Ну, давайте признавайтесь, кто самый младший? Обяд сколько тебе?
- Восемнадцать – ответил Обяд.
- Есть кто-нибудь младше? – спросил Кобра.
- Я, но я дерусь – решительно сообщил Цына. Ему было 17, но выглядел минимум на 10 лет старше. Был бронзовым призером чемпионата Польши среди юниоров по кикбоксингу. Никто не сомневался, что он должен драться. – А может пусть не дерется самый старший? – спросил Цына.
- Заткнись там – отозвался Матка, которому было 38 и был самым возрастным из всего моба.
- Спокойно. Есть еще кто-то младше Обяда? – продолжал задавать вопросы Кобра.
- Ну я младше – тихо сказал сзади Брыля.
- Ну тогда, Брыля, сегодня отдохнешь. Будет еще возможность проявить себя. Впереди у тебя много лет драк – ¬принял решение Кобра. Брыля ничего не ответил.
- Что там Медь? Приехали со Шленском или сами? – спросил я.
- Наверняка сказать сложно, есть ли с ними Шленск – ответил Кобра, который видел их вблизи. – Документы не проверяли. Теперь уже поздно. В целом на следующий раз надо договариваться о документах, чтобы исключить подставу. Не выглядят дико здоровыми. Нормальные лбы. Самый габаритный, в желтой майке, их лидер, выглядит где-то как Матка. Большинство комплекции Бельфера. – Кобра кивнул на меня головой. – Может даже пониже. Правда, не понятно, что покажут в драке. Но я думаю, что мы их вынесем.
- Нормально – добавил Горыл.
Кобра взял в руку прутик. Присел. Как тот маленький мальчик в деревне. Кочур стоял неподвижно. Матка разминал шею. Обяд откусил кусок булочки. Большинство делало выпрыгивания. А я зевнул.
- Самые габаритные пойдут сзади – откликнулся Кобра. – Горыл, Валец, Миха, Грубы, Дэрек. Кто там еще? Бэна, ты тоже. Хорошо, хватит. Шесть – нормально. – Кобра нарисовал на земле шесть больших кружков.
- А я? – спросил Обяд.
- Самые габаритные, а не самые жирные – спустил его на землю Кобра.
- Остальные пойдут перед габаритными. – Кобра нарисовал несколько маленьких кружков перед большими. – Итак. Менее габаритные идут первыми в стык. – Кобра нарисовал прутиком стрелки. – А габаритные забегают сзади и помогают. – Кобра, что-то пометил в районе больших кружков. Никто не стал оспаривать эту тактику. Я в голове разработал свою. Наверняка не пойду в центре. Всегда боялся идти в ходе драки в ее эпицентр. Предпочитал драться где-то сбоку один на один. Пойду с левой стороны несколько оттянувшись. – Медь – это моб для опиздюливания – прервал мои мысли Кобра. ¬ – Только не сдаваться до последнего. И помогать друг другу. Если кто-то видит своего на земле, или избиваемого, подбежать к нему и помочь. Но не помогайте тем, кто и так справляется, тк это бессмысленно. Большие, эти замечания касаются, прежде всего, вас. Слышишь, Валец? Используй как надо свои 130 кг.
- Сто тридцать один с половиной – возмутился Валец.
- И не бежим на них с самого начала. Если Медь захочет, то пусть себе бежит. И будьте внимательны, так как они могут врубаться в нас с прыжка. Пожалуй, это все. Мы победим.
- Тридцать секунд и все закончится – подмигнул Кочур.
- Хорошо, идем – сказал Кобра.
- ЗКС, ЗКС, ЗКС!!! – зарядил наш состав.

1.Речь, вероятнее всего, идет о проверке записи о месте рождения, тк прописка не является обязательной.
2.Лекарственное средство, активные вещества которого в сочетании с энергетиком усиливают выносливость.
3.Главный герой непроизвольно зевает, когда нервничает.

4

Источник тут

Завершение отрывка о стреле с Медью Легнице.

С нашей стороны решительно выдвинулось 18 человек. Шли разорванным строем: часть парней несколько впереди, часть сзади. Я шел левее состава. Опережал всех на два шага. Так как определил для себя. За мной и остальными двинулись шестеро габаритных. Шли в нескольких шагах за нами. Растянулись на ширину плеч. Все в соответствии с указаниями Кобры. Оппонент тоже начал движение.
До них оставалось 90 метров. Давай, ублюдки!!!
Восемьдесят метров. Давай!!!
Семьдесят метров. А если со мной что-то произойдет? Замедлился. Поравнялся с остальным мобом. Краем правого глаза заметил, что несколько человек начинают меня опережать.
Шестьдесят метров. Давай, вали их!!! Адреналин сносит голову. Ускоряюсь и снова опережаю состав на два шага. Зло, зло, агрессия!!!
Пятьдесят метров. Тишина. Все мысли ушли. Передо мной простирается расплывчатая панорама моба оппонентов. Не вижу деталей. Ничего не слышу, но наверняка стоит огромный треск. Тишина.
Сорок метров. Тишина.
Тридцать метров. Тишина.
Двадцать метров. Поднимаю руки для защиты. Замечаю бегущего на меня противника. Кажется более высоким и тяжелым чем я.
Десять метров. Только теперь меня накрывает волной шума.
Один метр. Я превратился в напряженный комок мышц. Стиснул зубы....
Ноль метров! Ааааааа!!! Давай, сука!!!
ААААА!
ААААА!
ААААА!
В последний момент смог сбить правой рукой фронт-кик, летящего с прыжка оппонента. Пошатнулся. Противник использовал это. Толкнул меня со всей силы. Развернуло на 180 градусов, но не упал. В последнюю секунду смог опереться левой рукой о землю. Хулиган Меди, однако, не прыгнул на меня. Лишь наклонился в мою сторону и схватил за майку. Почувствовал первый удар в голову. Позже второй в то же место. И третий в затылок. Следующий, следующий. И еще один. Боли вообще нет. Это была моя первая мысль в ходе драки. Каждый новый удар казался все более слабым. Мне удалось выпрямиться и оттолкнуть его немного назад. На минуту остановился. Противник тоже. Были в метре друг от друга. Подняли руки высоко в защиту, смотрели в глаза друг другу.
– Давай, говно – рявкнул он.
– Давай, говно – взревел я.
Готовился к удару правым прямым. Внезапно справа подбежал кто-то из нашего моба, и со всей силы ударил его сбоку в голову. Это был Валец¹. И он на самом деле прошелся катком. Очевидно, он воспринял слова Кобры о помощи как руководство к действию. Валец оседлал моего оппонента и начал обрабатывать его руками. Не было смысла ему мешать. Посмотрел вправо. Заметил несколько бьющихся пар. Подбежал к ближайшей из них, но не решился на атаку. Я не хотел пропустить еще удар. Это была вторая за драку мысль. Бежал дальше. В двух метрах от меня Цына обменивался ударами ногами с оппонентом. Подбежал слева и ударил мощным правым прямым в лицо соперника. Сила была настолько велика, что, пропустившему удар, откинуло голову назад. Тогда Цына ударил его фронтом в живот. Я толкнул противника на землю. Цына запрыгнул на него и начал вколачивать правой рукой.
– Баста, баста, конец! ² Не бей! – кричал лежащий на земле. После первого слова «баста» всадил ему в голову еще минимум три удара. Да, это было не по правилам.
– Не трогай, Цына, не трогай – крикнул я.
Повернулся назад...В тот же миг получил удар рукой в правую щеку. Отбежал на несколько шагов. Поднял голову. Заметил бегущего в мою сторону оппонента. Поднял руки в защиту. Противник нанес очередной удар правой. Не сильно пропустил в голову. Закрыл глаза. Открыл глаза. Оппонент был вблизи от меня. Вкладываю техничный правый боковой. Голова оппонента пошатнулась. Я ударил еще дважды правой, но хуки сдержала защита. Оттолкнул его назад и двинулся для следующего удара правой. Внезапно сбоку подбежали два человека и опрокинули его на землю. Это были Матка и Обяд. Последний принялся бить оппонента ногой.
– Не пинай его! – крикнул Матка. Сам наклонился над противником и начал бить в голову – «Говори баста, сука! Говори баста, иначе завалю!»
– Баста – сказал через минуту обрабатываемый.
Ищу взглядом следующую цель для атаки. Но вижу лишь поднятые вверх руки парней из нашего состава и лежащих на земле из состава Меди. Осмотрел поляну. На лицах хулиганов Меди много крови. Некоторые из них вставали сами, остальным помогали встать смотрящие. У нас лишь несколько человек получили серьезные травмы. Сразу же рядом с ними появился наш товарищ медик.
– Аааааа! – зловеще рычал Матка, победно стиснув кулаки, он скакал по поляне как заяц.
– Насилие! Насилие! – физиономия Обяда была одновременно и агрессивна и улыбчива.
– ЗКС! ЗКС! ЗКС!!! – заряжали наши смотрящие.
– Уважение! Уважение! – адресовали мы хулиганам Меди.
Я нагнулся. Обхватил колени руками. Высунул язык. Громко и глубоко дышал. Был измотан. Драка длилась, наверное, минуты три.
– Сколько длилась драка? – крикнул Кобра нашим смотрящим, словно услышав мои мысли...
– Минута двадцать четыре – посмотрел на секундомер Статист.
Все же выпрямился. Нашел силы. Почувствовал себя отлично. Заряженный. Крепкий. Суровый.
Но через минуту начал понемногу киснуть. Почувствовал боль в правом запястье. Взял себя за травмированную руку. Стал двигать ей вверх-вниз. Болела. Как бы не пришлось ехать в больницу. Хотя в принципе рука как рука. Надеюсь, что у меня нет фингалов. Иначе что я в таком случае скажу родителям и на работе? Снова почувствовал боль. Вверху и сбоку головы.
– Кочур! – заметил приятеля.
Он подошел ко мне не спеша. На лице не было видно эмоций. И ран. Даже отдышки практически не было. Единственное – белая майка была измазана травой.
– Есть фингалы, или какие-нибудь следы на лице? – спросил я.
– Кочур бегло осмотрел меня. – Нет. Ну, разве, что правая щека немного красная.
– А как выглядит голова?
– Ну, немного красная.
А гематомы? – спросил, и сам начал их искать.
– Если будешь прикрывать голову, то, скорее всего, их не заметят. Нет, похоже, их у тебя нет. Только красные пятна.
– Болит мне правое запястье. Неужели что-то надорвал? – начал двигать правой рукой.
– Если бы надорвал, то визжал от боли. Наверное, легкое растяжение. Ну ничего, в ближайшие дни будешь мастурбировать левой рукой – засмеялся Кочур.

5

Источник тут

Отрывок "Суд".

- Камиль Чарнецкий – судья снова прочла мое имя. – Двадцать шесть лет. Сын Евы и Станислава, родился в Гожуве, проживает в Гожуве. Работает учителем – судья подняла на меня взгляд и снова опустила в акт. – На иждивении никого не содержит. Все правильно?
- Да, да, – кивнул головой.
- Вам понятен, обвинительный акт?
- Да. В общем, понимаю, да, – кивнул. Зевнул.
- Сообщаю вам о праве давать объяснения, а также праве отказаться от дачи объяснений, или праве отказаться отвечать на конкретные вопросы. Вы признаете свою вину? – устало спросила судья, а мое сердце едва не выпрыгнуло из груди.
- Нет – встал со скамейки. – Я имею в виду, что не признаю себя виновным. Не принимал участия ни в каких беспорядках, – ответил я, как будто под воздействием наркотиков, а сердце билось, как сумасшедшее. И уже через секунду не помнил, что именно я ответил.
- Были ли, Вы, на игре – судья посмотрела в акт – между Стилоном Гожув и ГКС Ястржембе? Боже, кто наделал столько ошибок.
- Был, был – ответил весь на нервах. Может быть, это была единственная правда, сказанная мной в тот день?
- Вы помните, как были одеты?
- Нет. Действительно, не помню.
- Вы знаете, других обвиняемых?
- Да, припоминаю.
- Припоминаете?
- Припоминаю.
- Но что это значит? Это ваши друзья или нет?
- Я вижу их во время матчей.
- А после матчей?
- Иногда. Иногда тоже с ними вижусь.
- Вы принадлежите к каким-либо фанатским группировкам? – спросила судья. «Да, сука, к хулиганам Стилона» – мысленно проорал я.
- Не принадлежу - ответил я.
- Но вы фанат Стилона?
- Да. Я болею за Стилон и весь гожувский спорт. Я в целом поклонник спорта. Когда польские команды играют в еврокубках, также их поддерживаю – Я пытался выкрутиться при помощи длинного ответа, не совсем относящегося к теме.
- Ну, хорошо, хорошо. А на матчи Вы ходите с шарфом?
- Извините, – не дал мне ответить Обяд. – А почему у вас нет молотка? – спросил он, но судья просто смерила его взглядом и ничего не ответила.
Мы прыснули со смеху. Впервые я немного расслабился.
- Один молоток есть – прошептал, сидевший рядом Кочур.
Снова прыснул со смеху. Это расслабило еще больше. Из-за всего этого я забыл вопрос. Я бросил на судью ожидающий взгляд, а она смотрела на меня.
- Я спросила, ходите ли, Вы, на матчи с шарфом? – в конце концов, судья мягким тоном повторила вопрос.
- Нет.
- Вы можете подойти ко мне на минутку?
- Да, – сказал я, и направился к судье.
- Узнаете ли Вы себя на этих фотографиях? – судья показала мне несколько размытых фото формата A4 .
Внимательно всмотрелся в них. Узнал себя на одном. К тому же, я был отмечен стрелкой с подписью «Камил Чарнецкий». На этом фото меня было видно только выше уровня груди. Я был одет в черную футболку. Лицо было завязано черной банданой. Стоял среди группы из нескольких десятков человек перед «клеткой» с болельщиками ГКС Ястржембе.
- Нет – солгал я.
- А это случайно не Вы? – Судья показала меня на фото.
- Нет.
- А вы знаете, кто это?
- Понятия не имею. Ведь лицо закрыто банданой и его трудно узнать – нагло врал я.
- Пожалуйста, вернитесь на свое место – сухо сказала судья.
- Разъясняю вам право задавать вопросы людям, которые будут заслушиваться, а также возможность давать объяснения по каждому представленному доказательству.
После меня по очереди были заслушаны Кочур, Матка, Обяд, Миха, Лужный, Конь и Морда. Никто из них не признал себя виновным. Каждый озвучил суду версию, оговоренную в коридоре.
- Г-н Яцек Турин, – судья обратилась к обвинителю.
- Тридцать пять лет. Сын Здислава и Ричарда – прочитала судья, а мы взорвались смехом. – Прошу прощения, сын Здиславы и Ричарда. Проживает в Гожуве. Служит в полиции. Не судим, правильно?
- Да. Я имею в виду, не был. Я не был судим, – ответил полицейский.
- Предупреждаю Вас об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. За это грозит наказание до трех лет лишения свободы – сухо сказала судья. – Что можете сообщить по данному разбирательству?
- Все присутствующие здесь, относятся к группировкам футбольного клуба Стилон из Гожува.
- Что это за группировки?
- В принципе это одна группировка. Эти люди находятся в группировке фанатов, которая занимается организацией драк. В целом можно сказать, что они занимаются драками с враждебными им футбольными клубами. Кроме того, присутствующего здесь Лукаша Болика – полицейский перевел свой взгляд в сторону Обяда, и тот издевательски хмыкнул – знаю, по задержаниям на районе Сташиц. Причинами задержания были в основном нарушения порядка.
- Хорошо. Давайте перейдем к матчу. Видели ли Вы, кого-либо из обвиняемых, принимающим участие в драке на матче гожувского клуба с – судья посмотрела в бумаги – ГКС Ястржембе?
- Да. Я видел всех.
- При каких обстоятельствах вы видели Камила Чарнецкого?
- Камиль Чарнецкий тряс забор, кричал, призывал к атаке на фанатов команды гостей. Не реагировал на предупреждения охраны.
- Прошу прощения, – сказал я.
- Да? – Судья посмотрела в мою сторону.
- Могу ли я задать вопрос? – встал с места.
- Задавайте – не очень приязненно ответила судья.
- Откуда Вы знаете, что это был я? – обратился к полицейскому.
- Знаю Вас по матчам, по фотографиям, по записям видеонаблюдения.
- Но я не спрашиваю, откуда Вы меня знаете, а о том, почему Вы решили, что я, например, тряс забор?
- Я узнал Ваше лицо.
- А у меня было открыто лицо?
- Ваша честь, я должен отвечать?
- Пожалуйста, ответьте – велела судья.
- Мне кажется, что у Вас не было ничего на лице – ответил обвинитель.
- Вам кажется? Извините, но Вы свидетельствуете, что видели меня, но не уверены было ли что-то на моем лице?
- Когда включим запись видео-наблюдения, не будешь таким умным.
- Но я не умный. Я просто спрашиваю. Если могу сказать еще кое-что, ваша честь, – я посмотрел на судью, которая сухо кивнула головой – то хотел бы отметить – минуту назад полицейский сказал, что по его мнению у меня ничего не было на лице, а на фото, которое вы мне показывали, моим именем и фамилией подписан некто в бандане.
- Да, да, теперь я припоминаю, Вы были в бандане.
- Ясно. У меня нет больше вопросов. Спасибо – сел явно довольным, и Кочур начал мне тихонько аплодировать.
- Тишина – судья рявкнула на Кочура.
После меня полицейский по очереди рассказывал о Кочуре, Матке, Обяде, Михе, Лужном, Коне и Морде. По данным полицейского, каждый из них нарушал порядок и не выполнял требований охраны.
- Суд принял решение принять в качестве доказательства записи видео-наблюдения – сказала судья. – Г-жа Моника, пожалуйста, включите запись – обратилась она к секретарю.
- Моника – девушка каноника – сказал себе под нос Обяд. Не громко рассмеялись.
- Тишина – повысила голос судья. – Что-то хотите сказать? – обратилась к Обяду.
- Яяяяя? Нет – Обяд глуповато покачал головой из стороны в сторону. Секретарь поднялась со стула и обтянула немного элегантную юбку. Она подошла к телевизору, закрепленному на потолке. Посмотрел на ее подпрыгивающие сиськи. Через некоторое время приклеился взглядом к ее заднице. Юбка была достаточно плотной, поэтому очертания ягодиц лишь немного проступали на материале. Секретарь встала на цыпочки, чтобы включить телевизор. Ее задница сексуально напряглась. Я посмотрел на своих товарищей. Все пялились в ту же точку, что и я. Туда же смотрел и полицейский. Секретарь повернулась в нашу сторону. Я переметнул взгляд на телевизор. Секретарь поправила юбку и села. Что-то набрала в ноутбуке. На экране появилась запись видео-наблюдения. Первоначально показывался вход фанатов со стороны сектора. Был на нем виден каждый из нас. Позже показали фанатов гостей.
- Не помешало бы немного попкорна и колы - сказал Обяд.
- Вам есть что сказать? - спросила сурово судья.
- Нет, нет. Классное видео. Я тихонько – глуповато сказал Обяд. На следующей записи был сектор гостей. Все длилось как минимум несколько, а, возможно, и десятка полтора минут.
- Г-н обвинитель, что это такое? Что подтверждают эти доказательства? –рассердилась судья.
- Сейчас, сейчас. Просто нужно немного перемотать – сказал подобострастным голосом полицейский.
- Г-жа Моника, пожалуйста, перемотайте видео вперед – обратилась к секретарю судья. Та выполнила поручение. В конце концов, на экране мы увидели беспорядки. В наших рядах наступило небольшое оживление. Это заметила судья.
- Ваша честь, – сказал полицейский. – Могу ли я подойти к экрану и показывать обвиняемых?
- Можете – разрешила судья.
- Уже иду – полицейский встал из-за стола, подтянул штаны и подошел к телевизору. В руке он держал ручку. – Ооо, – оживился полицейский. - Вот Мартин Kaмратович. О, тут он виден как на ладони. – Показал на экране Матку, который тряс забор на стадионе, а затем на Матку, сидевшего на скамье в зале суда. Затем на записи показал также Обяда, Миху, Лужного, Коня и Морду. Лица у всех были открыты. Я заметил также себя в бандане, натянутой на нос и Кочура в его синей террористке.
- Прошу прощения – я поднял руку вверх, но никто не среагировал.
- Прошу прощения! – Я повысил голос и встал с места. Судья посмотрела на меня. – Могу ли я сделать заявление?
- Можете.
- Обвинитель сказал, что я тряс забор. Четко сказал: «Камиль Чарнецкий тряс забор». Конечно, вы это записали – я посмотрел на секретаря, а та как будто бы слегка улыбнулась. – И хотел бы я спросить обвинителя, где на этой записи было видно, что я тряс забор?
- Как раз на этой записи не было видно – сказал полицейский.
-А на какой видно?
- Надо поискать.
- А, понятно. Это все. Спасибо, – сказал я ироничным тоном.
- Но зато было видно ваших товарищей.
- Во-первых, какое отношение это имеет ко мне? Во-вторых: я никого из своих товарищей там не увидел. В-третьих ...
- Завершаем эту дискуссию – прервала меня судья. – Г-жа Моника, пожалуйста, позовите первого свидетеля.
В комнату вошел молодой полицейский. Он сообщил, что во время беспорядков видел меня, Кочура, Матку и Обяда. И это с башенки, которая находилась на противоположной стороне поля. Очевидно, у него был с собой бинокль. Он узнал нас по силуэтам. Другой свидетель-полицейский указал, что с расстояния в полтора десятка метров он видел Матку и Обяда. Последний из свидетелей, также сотрудник полиции, показал, что в ходе беспорядков видел Миху, Лужного, Коня и Морду.
- Какая-нибудь из сторон желает сообщить что-либо дополнительно? – спросила судья. Молчание. – В таком случае, я начинаю прения сторон. Г-н обвинитель, пожалуйста.
- Да, да, я уже говорю – очнулся полицейский. – Я не сомневаюсь, что приведенные доказательства полностью подтвердили обвинения, выдвинутые против – полицейский посмотрел в бумаги – Камила Чарнецкого – прочитал и я вздрогнул – Томаша Kетовича, Мартина Камратовича, Лукаша Болика, Дариуша Ратайчука, Рафала Tуховецкого, Аркадиуша Ократовского, и Збигнева Малковского. Прошу вынести в отношении их обвинительный приговор.
- Кто из обвиняемых хочет взять слово?
- Я – поднялся.
- Слушаю, – нехотя сказала судья.
- Хочу заявить, что не принимал участия ни в каких беспорядках. Разумеется я был на игре, но это еще не преступление. Полицейский путался в показаниях относительно меня. Сначала он сообщил, что я тряс забор, а запись видео-наблюдения показала, что ничего этого я не делал. Сидевший здесь полицейский не знал, открыто у меня было лицо, или закрыто. Следующий полицейский, что вообще является абсурдным, узнал меня с башенки с расстояния более ста метров, внимание – по силуэту. Ну, это, люди добрые, достойно уважения – иронически обвел всех взглядом.
- Все?
- Кто-нибудь еще хочет что-то сказать?
- Я – встал со скамьи Кочур.
- Слушаем.
- То, что сказал полицейский, сидящий здесь – это какой-то фарс – Кочур махнул рукой в сторону обвинителя. – Он узнал меня в лицо, а на фото я обозначен, как человек в маске. Или может быть, Вы, г-н полицейский, узнали меня с нескольких десятков метров по глазам? Я знаю, что у меня красивые глаза, но неужели настолько, что они Вам нравятся? – сказал Кочур полицейскому, а мы прыснули смехом.
- Тишина – сказала судья. –А, Вас, попрошу обращаться к суду.
- Следующий полицейский был еще лучше, – продолжал Кочур. –Узнал меня с башенки с расстояния более ста метров, не так ли? И даже в бинокль? Что, это, черт возьми, дерби на Служевице (варшавский ипподром), чтобы на него с биноклем идти? И, может быть, тоже узнал по глазам? Я не понимаю, вы сидите там, в полиции и анализируете мои радужные оболочки?
- Кочур вообще не выбирал выражений в своих заявлениях.
- Попрошу Вас – судья повысила голос.
- Мне очень жаль, но хуууу... – Кочур остановился. – Кровь закипает, когда я слышу подобное. Если меня осудят после таких притянутых за уши доказательств, то я буду в тяжелейшем расстройстве. Я мирный гражданин, я плачу налоги, хожу на матчи, интересуюсь составами команд, таблицами, тактикой – распалялся Кочур, а я, удерживая воздух ртом, изо всех сил пытался удержаться от смеха. – Я знаю, все эти «елочки», схемы четыре-четыре-два. Я знаю, кто не забил пенальти у итальянцев в финале Чемпионата мира с Бразилией в девяносто четвертом – сказал Kочур, а я не смог сдержать смех и прыснул в руки. – Знаете, я настоящий фанат.
- Кто еще хочет что-то сказать?
- И, черт, я хочу – поднял обе руки Обяд.
- Ну, говорите – судья с сожалением помахала головой.
- А я не знаю, кто не забил эти пенальти. Только Стилон и хуй – Обяд сжал кулак и скорчил грозную мину.
- Вы оштрафованы за нарушение порядка в размере двухсот злотых – сказала судья.
- В жопе я видел, - сказал себе под нос Обяд.
- У Вас есть еще что сказать?
- Нет – скрестил руки на животе Обяд.
- Кто-то еще хочет что-то сказать? – спросила судья и в тишине подождала несколько секунд. – Тогда прошу всех выйти из зала. Г-жа Моника пригласит вас для вынесения приговора.
Я встал и вышел из зала. За мной вышли товарищи. Последним вышел полицейский.
- И что ты гордишься, теми глупостями, которые нес? – сказал ему Кочур.
- Нечего с ним говорить – Матка схватил Кочура за рукав. Полицейский подошел к трем своим коллегам. Они покинули коридор, и пропали из нашего поля зрения. Мы пошли к окну в конец коридора.
Ну, ты, Обяд, и идиот – сказал Миха.
- Но ты еще глупее меня – ответил Обяд. – Ты даже не закончил начальную школу. И всю школу получал единицы. География учил с Google Maps.
- Можно подумать ты закончил? Купил диплом выпускника вечерней школы на Allegro (крупнейший польский интернет-аукцион)?
- Ладно, успокойтесь уже – вмешался Матка.
- Ну, что, вероятно, получим запреты на посещение? – спросил Морда.
- Надеюсь, все-таки не получу, – сказал я.
- Я также – присоединился ко мне Кочур.
- Ну, фактически, в общей сложности на вас у них мало чего есть. Еще пес (оскорбительное прозвище полицейских в Польше) запутался с этим забором и твоей банданой – вспомнил Морда.
- Они вообще идиоты. Этот, орлиный глаз, с башенки нас якобы заметил. И это в бинокль. Хуйло. Ебаные псы – высказался Обяд. – Сколько еще мы должны здесь ждать? – спросил он через минуту.
- Наверное, около получаса. Или, по крайней мере, я надеюсь на это, потому что иначе мы не успеем в Познань на матч Польша-Италия – сказал Кочур.
-А во сколько точно начало матча? – спросил Морда.
- В 20:45 – ответил Кочур.
- Значит, мы должны выехать не позже шести, – сказал Морда.
- Я думаю, что даже в пять. Перед Познанью могут быть пробки, от стоянки до стадиона придется идти с полчаса, и, кроме того, сам вход также займет время – аргументировал Кочур.
- А сколько нас вообще едет? – спросил я.
- Около восьмидесяти человек - сказал мне Морда.
Прошло около двадцати минут. Тем временем полиция вернулась в коридор. Из зала суда выглянула секретарь. Около двери она увидела четырех полицейских. Нас она разглядела в конце коридора.
- Прошу входить – пригласила секретарь.
- Давай, идем, – сказал Матка.
- Ну, ебать, как минимум два года без матчей – бросил Обяд. Вошли в зал. Сели на скамьи. Вылечу с работы, или нет? Вылечу, или нет? Вылечу, или нет? А как родители? Я пытался взять под контроль свое дрожащее тело. Зевнул два раза.
- Именем Республики Польша – начала судья. – Районный суд на улице Шопена в Гожуве в составе: председатель Агнешка Вротка, секретарь Моника Милчинска, вынес решение: обвиняемых – судья посмотрела в документы на столе – Камиля Чарнецкого и Томаша Кетовича – меня всего трясло, а сердце колотилось как сумасшедшее – оправдать по предъявленным им обвинениям, – сказала судья, а у меня в голове был такой хаос, что не был уверен в том, что сказанное для меня означает.– Далее решением суда: подсудимые Мартин Камратович, Лукаш Болик, Дариуш Ратайчук, Рафаэль Тухович, Аркадиуш Oкратовский и Збигнев Mалковский признаны виновными. Суд, руководствуясь положениями п.1 ст.33 Кодекса об административных нарушениях, признал обвиняемых виновными в совершении инкриминируемых им деяний. В связи с этим, в соответствии с ч.1 ст.54 Закона о безопасности массовых мероприятий, в совокупности с п.2 ст.9 Кодекса, суд приговорил их к штрафу в размере двух тысяч злотых. Величина суммы наложенного штрафа, в соответствии с п.1-2 ст.25 Кодекса, дает возможность замены его общественными работами или арестом. Кроме того, принимая во внимание регулярные нарушения в отношении органов правопорядка, преднамеренное и сознательное нарушение элементарных правил поведения в общественном месте, не говоря уже о личной культуре, на основании п.п.2 и 4 ст.65 Закона о безопасности массовых мероприятий, суд постановил, применить в отношении обвиняемых наказание в виде запрета посещения массовых спортивных мероприятий в виде футбольных матчей, как клубных команд, так и национальных сборных на территории Польши в течение двух лет, считая с момента вступления решения в силу. В течение двух недель, вы можете подать апелляцию на этот приговор – зачитала судья, а я не ничего из этого не запомнил. – Прошу садится, – сказала она, и мы сели.
- Кочур, что мы невиновны, или как? – тихо спросил я.
- Ну, как и были с самого начала – с улыбкой так же тихо ответил мне Кочур.
- Точно?
- Ну, да. Ты, что не слушал?
- Я слушал, но так разволновался, что ничего не понял. А парни виновны, так?
- Да.
- Черт, жаль.
- Тихо уже. У них есть право на апелляцию.

6

http://blog.fratria.ru/cgi-bin/iBlog/post_2884262.html


Вы здесь » MagShop/Фанатская литература » Европа и остальной мир » Jestem kibolem (Польша)